Киновости России

Посмотрел диковинный польский фильм «Реверс», дебют такого Бориса Ланкоша, прошлогодний лауреат всех польских фестивалей и национальный кандидат на «Оскара». Довольно выдающийся по качеству тоталитарный нуар: 1952 год, ч/б, героиня — похожая на Уму Турман фрустрированная редакторша отдела поэзии в варшавском издательстве «Новина», живет с мамой Кристиной Яндой и бабушкой и грустит без любви, вокруг тем временем аресты, цензура, госбезопасность и подозрительный брутальный ухажер в богартовском макинтоше. Снято явно с оглядкой на наше любимое кино «Дзифт», но стилизация сильно тоньше: если Гырдев нуаровским каноном гвозди заколачивал, Ланкош с ним вальсирует в обнимку — очень остроумно, трогательно и красиво.

Другое дело, что фильм одновременно задуман и как выпуклая метафора отношений польской интеллигенции с советским режимом — причем выпуклая настолько, что в какой-то момент немножко глаза на лоб лезут. Например, там есть золотой доллар со словом «либерти» на реверсе (отсюда название), который героиня, чтоб его не конфисковали, каждый день глотает, потом достает из унитаза, моет аккуратно щеточкой и глотает опять. В финале авторы трогательно ставят по свечке (буквально) героям Сопротивления и проклятому советскому прошлому и передают привет американской киноакадемии, плюс включается цвет — и вот тут интересная вещь происходит. Пока экран черно-белый, многие спорные вещи, на нем происходящие, воспринимаются как постмодернизм. Вот этот доллар в заднице, как символ потаенной свободы польского духа, — это же иронически наверняка, да? А в цвете как-то вдруг сразу понимаешь — нет, кажется, парни это всерьез, увы.

Гринграссовский «Не брать живым», не смотря на то, что Universal его замаскировали под четвертого «Борна», провалился. Американские аналитики в связи с этим заключают, что американский зритель по-прежнему не хочет знать правду про войну в Ираке, правда же в том, что это, к сожалению, довольно унылое кино, хотя и сделанное наверняка с сами хорошими намерениями.