Я Буда, а это мой друг Пешт
У нас, простите, неожиданно начался отпуск, напоследок поделюсь фактом, которому уже год как тайком радуюсь. Если кто не знает, русским прокатчиком вскорости выходящей картины Сильвестра Сталлоне «Неудержимые» является кинокомпания «Коктебель». То есть у продюсера Борисевича отличная режиссерская линейка выстраивается — Хлебников, Попогребский, Хомерики и Слай. Главное никаких больше фамилий в этот список не добавлять.
А «Неудержимые», кстати, отличные. Глупые, бордрые, жестокие, смешные и очень трогательные. В 7-м классе только такие фильмы за фильмы и считались. Насчет жестокости, кстати. Поражает не столько она сама (после четвертого «Рэмбо» странно чему-то поражаться), сколько отсутствие у этой благородной ярости какого-то направления — политическоего, как в «Грязном Гарри» или первом «Рэмбо», или еще какого-то. Они там просто мочат, неважно кого. Феномену позднего Сталонне наверняка в какой-то момент придумают интеллигентное объяснение, но, подозреваю, там ситуация которая в «Hurt Locker» у Бигелоу хорошо сформулирована: в детстве ты любишь разное, а с возрастом остается что-то одно. И у Сталлоне это одно — это как-раз то, что мы сейчас наблюдаем. Не знаю, может они его для проката в итоге подсократят, но вариант, который я видел — там реально минут по двадцать куски идут, где людям безостановочно ломают руки, шеи, сносят бошки из гранатометов — причем в какой-то момент даже шутить в перерывах между выстрелами перестают, чтоб время не терять.
К разговору о мотивациях — в начале есть замечательная сцена, где Стэтем со Сталонне разносят с самолета какую-то пристань, после чего возникает секундное замешательство — поскольку даже им самим понятно, что это, ну, мягко говоря, необязательно было делать. И они так друг на друга смотрят в недоумении, а потом Стэтем первый находится и говорит: «That was a statement». Долго думал, какой может быть интонационно адекватный русский аналог — пока в голову только «чтоб помнили» приходит.
И (возращаясь к «Коктебелю») мы с коллегами пару лет назад неожиданно поняли, что ключевой вопрос к молодому русскому кино, это почему Алексей Герман-младший лысый, а Алексей Герман-старший с волосами (хотя по всем правилам драматургии должно быть наоборот). Так вот, в «Неудержимых» такой же парадокс — Стэтем в этой компании самый молодой, и он же, если не считать камео Брюса Виллиса — единственный лысый.
Recent Comments